Пираты – призраки - Страница 17


К оглавлению

17

– Мне кажется, ты должен обо всем этом рассказать второму помощнику, – сказал Тамми. – Если все в действительности так, как ты говоришь, нам следует незамедлительно направиться в ближайший порт и там сжечь этот чертов корабль.

– Второй помощник не сможет ничего сделать, – возразил я, – даже если поверит моему рассказу, в чем я очень сомневаюсь.

– Возможно, ты и прав, – сказал Тамми. – Но если бы тебе все-таки удалось убедить его, то тогда, возможно, он смог бы объяснить сложившуюся ситуацию капитану, и в общем-то еще можно было бы что-то предпринять. В противном случае это может плохо кончиться.

– Капитан снова поднимет его насмех, – сказал я, не питая особых надежд.

– Не поднимет, – возразил Тамми. – После всего, что случилось сегодня ночью...

– Как знать, – ответил я с сомнением. И в этот момент на ют вернулся второй помощник. Тамми быстро ретировался, оставив меня с тревожным ощущением надвигающейся опасности.


Глава 7
НАС НАКРЫВАЕТ ТУМАНОМ – И ЧТО ЗА ЭТИМ СЛЕДУЕТ


Мы похоронили Вильямса в полдень. Бедняга! Такая нелепая и неожиданная смерть. Весь день матросы пребывали в мрачном, подавленном настроении и вели нескончаемые разговоры о том, что среди нас есть Иона, из-за которого все несчастья. Если б только они знали истинную причину этого кошмара!

А затем нас ждала еще одна неприятность – туман. Сейчас я не могу точно припомнить, когда мы впервые увидели его – в тот день, когда хоронили Вильямса, или на следующий.

Туман появился в середине дня, и я, подобно другим, поначалу принял его за испарения над водой, огромное облако – вода под жаркими лучами солнца обильно испарялась.

Ветер стих; я был вместе с Пламмером на грот-мачте, мы занимались ремонтом такелажа.

– Начинает припекать, – подал голос Пламмер.

– Да, – сказал я.

Вскоре он заговорил снова.

– Смотри, какая дымка над морем! – По его голосу чувствовалось, что он удивлен.

Я быстро поднял глаза и сначала ничего не увидел. Затем я понял, что он имеет в виду. Воздух вокруг нас дрожал, выглядел странным, неестественным; такую картину можно наблюдать над паровозом, когда из его трубы поднимается струя нагретого воздуха.

– Должно быть, это из-за жары, – сказал я. – Правда, не могу припомнить, чтобы когда-нибудь видел такое марево.

– И я не припоминаю, – поддержал Пламмер.

Прошло не более минуты, когда я, снова оторвавшись от работы, поднял голову. Я был буквально поражен, обнаружив, что весь корабль окутан тонкой, полностью скрывавшей горизонт, пеленой тумана.

– О Боже! – воскликнул я. – Пламмер, посмотри!

– Да, – согласился он, оглядываясь по сторонам. – Никогда не видел ничего подобного, особенно на этих широтах.

– Дело тут явно не в жаре! – сказал я.

– Да, пожалуй, – промолвил он с сомнением.

Мы вернулись снова к своей работе, перебрасываясь время от времени случайными фразами. В какой-то момент я свесился с вант и попросил его передать мне наверх шило. Он наклонился и подобрал его с палубы, куда оно упало. Когда он протягивал его мне, я увидел, как спокойное выражение на его лице сменилось вдруг полной растерянностью. Он разинул рот.

– Черт возьми! – сказал Пламмер. – А дымка-то исчезла.

Я быстро обернулся, посмотрел: и действительно, море вокруг корабля сверкало на солнце, было чистым до самого горизонта.

Я уставился на Пламмера, он уставился на меня.

– Разрази меня гром! – воскликнул он.

Мной внезапно овладело странное ощущение, что происходит нечто неладное. Но через минуту я уже обозвал себя орлом, хотя мне и не удалось полностью избавиться то этого ощущения. Я еще раз посмотрел внимательно на море. У меня возникла смутная тревога: что-то изменилось вокруг. Поверхность моря как-то сильнее слепила глаза, воздух был прозрачнее, как мне показалось, и при всем этом чего-то еще явно недоставало. И только по прошествии нескольких дней я узнал, что с горизонта исчезло несколько кораблей, которые хорошо просматривались до того, как опустился туман, а после него бесследно канули, точно растворились.

До конца нашей вахты не наблюдалось никаких признаков чего-либо необычного. Только ближе к вечеру (где-то после шести часов) я заметил, как над водой вновь поднимается легкая дымка: солнце, уходя за горизонт, светилось сквозь нее затуманенным фантастическим диском.

В тот момент я ясно понял, что дымка никак не связана с жарой.

И это было только начало истории с туманом.

Весь следующий день я внимательно присматривался к окружающей атмосфере, но за все то время, что я был на палубе, воздух оставался чистым. Однако я услышал от одного матроса из вахты старпома, что, пока он стоял на руле, в небе появлялось марево.

– Сгустилось и почти сразу разъяснилось, что-то такое, – описал он это явление, когда я обратился к нему с расспросами. Он считал, что это могло быть из-за жары.

И хотя я знал, что это не так, я не стал его опровергать. Тогда никто, включая даже Пламмера, не придавали этому никакого значения. Когда же я обратил внимание Тамми на эту дымку и спросил, видел ли он ее, Тамми ответил, что она, должно быть, появляется в результате интенсивного испарения воды под лучами солнца. Я тут же прекратил всякие разговоры на эту тему, поскольку дальнейшие расспросы мне показались тогда совершенно бесполезными.

Затем, на следующий день, случилось нечто, заставившее меня серьезно задуматься и доказавшее, насколько я был прав, предчувствуя в природе тумана что-то неестественное. Все произошло следующим образом.

Шла утренняя вахта с восьми часов до полудня, только что пробили пять склянок. Я стоял на штурвале. Небо было абсолютно чистым – ни облачка вплоть до самого горизонта. Я мучился от жары, и, кроме того, меня одолевала дремота. Второй помощник спустился с юта на главную палубу, чтобы понаблюдать за работой матросов, так что я остался на корме один.

17